moskovitza (moskovitza) wrote,
moskovitza
moskovitza

Categories:

“Возвращение”, или L'éternel Retour du mythe


Фильм «Возвращение», получивший международное признание, был воспринят как возвращение в российское кино мифа о вечном возвращении. Успех картины должен был бы стать поводом для обстоятельного разговора об удивительно богатой и не имеющей мировых аналогов традиции нашего кино – исследовании феномена Возвращения. Однако этот разговор не состоялся. А жаль – если бы члены жюри Венецианского фестиваля, отметившие высокой наградой напыщенную пустоту, посмотрели хотя бы несколько фильмов из тех, о которых пойдет речь, они в немом благоговении склонились бы перед действительными мастерами российского кино – создателями картин о вечном Возвращении.

Разумеется, говоря о феномене Возвращения, мы не имеем в виду сиквелы успешных коммерческих киноподелок («Бэтмен возвращается», «Мумия возвращается», «Супермен возвращается» – примеры такого киномусора можно множить и множить). Секуляризованному западному миру кинотрадиция подлинного Возвращения попросту чужда. Слова Арнольда Шварценегера «I’ll be back» обращены не к российскому зрителю, а к западной публике, жаждущей непрерывного продолжения банкета, но боящейся катарсиса.

В нашем кинематографе о Возвращении, насчитывающем более полусотни несомненных удач, исследуется феномен возвращения демобилизованного воина из рядов Вооруженных Сил. Как известно, изъятый на два-три года из привычных для него хода времени и точки пространства новобранец попадает из мирского измерения в сакральное. Не зря защита отечества – это именно священный долг, а не только почетная обязанность. Исполнение священного долга предполагает иерофанию - вторжение священного в мирскую жизнь, благодаря чему становится возможным общение новобранца с миром богов. Солдат получает уникальную возможность прикоснуться к нижним ступеням небесной иерархии, а, встав на цыпочки – из солдата превратиться в нечто большее - Ефрейтора, Сержанта или Старшину.

Но вот наступает трагический момент возвращения из сакрального армейского измерения в профанное (мирское), туда, где протекает повседневная человеческая жизнь. Это и есть истинное испытание героя нашего кино о Возвращении. Дембельская кинодрама – это всегда рассказ о том, как захлопывается за героем дверь в глухой стене, и он осознает фантоматичность мира, который раньше считал реальным. Именно наш дембельский кинематограф - задолго до братьев Вачовски – показал зрителю онтологическую нереальность обычного времени и пространства – ту самую Пустыню Реальности.

Из приоткрывшейся двери в мир вечно живущих возвращается дембель к вечно умирающим. Поэтому лучшие воспоминания – всегда из армейской жизни, поэтому и нет конца рассказам из солдатского ранца. Но как же справляется герой дембельского кино с этим кошмаром?

Конечно, первое желание Дембеля – это желание остаться там, среди вечно живущих – хотя бы на сверхсрочной. Прекратить мучительную череду рождений и смертей и отдаться чистым негам как праведник в садах ал-Джанна, где его встречают девы черноокие, большеглазые, подобные жемчугу хранимому. Именно таковы гурии, в объятия которых стремится ефрейтор Костя Збруев из всенародно любимого дембельского фильма «СЕМЬ НЕВЕСТ ЕФРЕЙТОРА ЗБРУЕВА» (режиссер Виталий Мельников, 1970). Ефрейтор Збруев (прекрасный актер Семен Морозов), фотография которого попала на обложку журнала "Умелый воин", после демобилизации отправляется в длительное путешествие от украинских степей до дальневосточной тайги выбирать невесту. Но увы – пространство сакрального захлопнулось за Костей. Было семь невест - не осталось ни одной! В небесной любви герою отказано, как и Володе из прекрасной картины «МОЛОДАЯ ЖЕНА» (режиссер Леонид Менакер, 1978). Вернувшись из армии, Володя привез с собой в деревню новую подружку. Он не понимает, что это - зловещий суккуб, лишь выдающий себя за гурию из священных садов ал-Джанна (Елене Мельниковой потрясающе удалось раскрыть зловещее обаяние порока). Своим поступком Володя опозорил бывшую невесту Маню (проникновенно лиричная Анна Каменкова) перед односельчанами. Назло всем и себе, Маня взяла и вышла замуж за Алексея, молодого вдовца из соседней деревни. Работящий и хозяйственный мужчина мог бы стать для своей жены «каменной стеной», но оказалось, что путь к настоящему семейному счастью долог и тернист. Фильм недвусмысленно дает понять, что решение Володи - оставить дверь между мирами приоткрытой - вызывает череду неконтролируемых событий и может быть смертельно опасно или попросту смертельно. Предостережением об этой опасности звучит знаменитая фраза из фильма: «Тапки белые пора покупать, а вы всё комбинашки перебираете».

Травма Возвращения иногда выражается и в том, что провоцирует героя на побег из привычного обжитого пространства. Такова история Андрея Должикова из фильма «ЧЕСТНЫЙ, УМНЫЙ, НЕЖЕНАТЫЙ...» (1981, режиссер Алексей Коренев). Отслужив в армии, Андрей уезжает на строительство БАМа. Заработав себе авторитет и славу первопроходца, он взял отпуск и приехал домой - к друзьям и любимой. Но он не может найти себе дела, вскоре начинает понимать, что здесь он совсем чужой и, не дождавшись окончания отпуска, уезжает снова на БАМ. В фильме опять звучит тема бегства в сады ал-Джанна. Она представлена песней в исполнении Андрея Миронова:
О любви всё твержу тебе заново.
Но когда зря твердить надоест,
Так и знай - я уеду в Иваново,
А Иваново - город невест.
Герой бежит от своих корней, не понимая, что избавиться от ярма бытийственности таким образом невозможно.

Возвращение в профанную среду, воспринимаемую дембелем как хаос, часто вызывает у Возвратившегося желание броситься наводить порядок в густых потемках Кали-Юги. Такое случилось в фильме «НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИЕ» (режиссер Владимир Роговой, 1976). Бравый десантник (первая работа в кино легендарного Сергея Жданько) возвращается из армии и пытается навести порядок в своем родном городке - вырвать из-под влияния местного 17-летнего хулигана по кличке Гоголь группу мальчишек… О том же – прекрасный фильм Юрия Слупского «ПОСЛЕДНИЙ ГЕЙМ» (1981). Отслужив в армии, Игорь Балагур возвращается в родной город. Узнав о самоубийстве своего друга Стаса Оленича, многообещающего ученого и талантливого теннисиста, герой начинает собственное расследование. Отслужив положенный срок в десантных войсках, Константин из фильма «ПРОСТИ НАС, ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ» (1984, режиссер Михаил Якжен) возвращается домой, где, как он уверен, его ждут друзья и любимая девушка Лена (Вера Глаголева). Но, попав в первый же день своего приезда на пикник, он знакомится с преуспевающим тридцатипятилетним Аликом (Родион Нахапетов) - женихом Лены. Герой пытается отстоять свою любовь и объясниться с любимой.

Возвратившийся зачастую не понимает, что полученное им сокровенное знание неведомо профанам, и потому оказывается в драматической конфликтной ситуации с окружением, как в фильме «ДЕРЕВЕНСКАЯ ИСТОРИЯ» (1981, режиссер Виталий Каневский). Отслужив в армии, повидав мир, Григорий Горелов (яркая роль Сергея Проханова) возвращается в родной колхоз. Он мечтает о счастливой жизни для себя и односельчан. И берется за дело по-хозяйски — так, что и с председателем не боится спорить, убеждая его в том, что нет ничего важнее засеянной вовремя земли. Hо оказалось, что его помощь и его инициативы никому не нужны.

И все же герой дембельской драмы находит средство борьбы с синдромом Возвращения. Это неистовая тяга к труду, которая вначале воспринимается как комедийный профанный креационизм, этакая пародия на творение. Но в лучших образцах дембельского кино становится понятен действительный смысл работы – это глубоко укорененная в нашей святоотеческой традиции притрудная просьба о спасении. Самым ярким из таких фильмов по праву считается «С ВЕСЕЛЬЕМ И ОТВАГОЙ» (1973, режиссер Алексей Сахаров) После службы в армии Николай Семенов, прозванный односельчанами Кураем-Перекатиполе, возвращается в рыболовецкий колхоз и поступает работать вторым механиком на рыболовецкий сейнер. Правдолюбец и трудяга сначала восстанавливает против себя коллектив, ведь будучи человеком честным и принципиальным, он не хочет закрывать глаза на неполадки на сейнере. Но очень скоро Курай завоевывает авторитет и становится лидером. Сходное понимание приходит и к Леше Голубеву – герою картины «ДОМ В ПЯТЬ СТЕН» (1971, режиссер С.Галкин). Отслужив в армии, он тоже решил было податься на большую стройку. Но вначале заехал в свою деревню, чтобы помочь брату достроить пятистенок, о котором давно мечтала мать. Встреча с родными и Ольгой, которую он продолжал любить, изменила его намерения - и он решил остаться здесь навсегда, понимая, что бегство будет равнозначно не-существованию, не-бытию.

То, что рукоделие – это путь трезвения сердца, хорошо понимает Ленька Парасочка, герой популярной ленты «ОБОЧИНА» (1978, режиссер Вячеслав Никифоров). Отслужив в армии, он вернулся в родной город, устроился в автопарк и продолжил тем самым отцовскую традицию. Его наставником стал Петр Демьянович Волович, который умел добывать деньги "левыми поездками" и разного рода "операциями". Видел Ленька, что живет Волович широко, не по средствам, но поначалу как-то не задумывался об источниках богатства. Видимо потому, что был влюблен в дочь Воловича Люсю... Схожа с Лёнькиной и судьба Саши Трофимова – героя картины «СТАЖЕР» (1976, режисёр Дамир Вятич-Бережных). Отслужив в армии, Саша возвращается в Москву. Дядя-фотограф помогает ему определиться с работой - берет к себе стажером. Саша проявляет неподдельный интерес к фотографии, но его совсем не устраивают образ мыслей наставника и его отношение к делу. Вернувшись из армии, недолго раздумывал над смыслом только начинающейся жизни и Иван Чепрасов – герой картины Валерия Чечунова «ИВАН И КОЛОМБИНА» (1975). Он пришел в автоколонну и сел за баранку видавшей виды развалюхи, которую уже никто не брался ремонтировать. “Коломбина” — так в шутку прозвали шоферы старушку-машину — явилась для Ивана “пробным камнем”, на котором выверялась его жизнестойкость и умение. А наградой для героя (характерный Александр Харитонов) стала привязанность совсем еще юной Нюры (чувственная Елена Цыплакова).

В середине 70-х годов дембельское кино достигло пика своей популярности. Можно говорить о формировании в те годы особого канона дембельской драмы (мы упомянули лишь дюжину из гигантского числа картин). В большинстве фильмов жанра пространство профанного мира, куда возвращается дембель, подчеркнуто условное, скупое на детали, окрашенное в традиционно сизые тона. Мирское время в дембельском кино почти всегда вязкое, медлительное. Повествовательная ткань удерживается на длинных кадрах, в которых почти не происходит событий. Но при этом дембельское киноповествование держит зрителя в постоянном напряжении. Подобную минималистскую стилистику спустя несколько десятилетий присвоил и стал успешно эксплуатировать японский комик Такэси Китано.

С экрана герои киноэпоса о возвращении шагнули в реальную жизнь, способствовав расцвету уникальной дембельской субкультуры. Внешние проявления особого дембельского аристократизма наверняка позволили бы Сюзен Зонтаг включить его в канон кэмпа. Это и своеобычие дембельских обрядов, и брутальная роскошь дембельских поделок, и фантастическая дембельская мода, и пронзительное песенное творчество – невероятные свидетельства мучительной попытки если не вырваться в сакральный мир из жуткой Пустыни Реальности, то хотя бы найти Покой здесь и сейчас.

«Мир ловил меня, но не поймал», - эти слова могут по праву украсить обтянутую синим бархатом обложку дембельского альбома, прошитого снятым с офицерской фуражки шнуром, обжатым на концах отполированными автоматными патронами. Но этими же словами мог бы закончиться каждый из великих фильмов нашего кино, повествующих о действительном Возвращении.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments