April 17th, 2018

barahlo

Мэри Поппинс, давай, до свидания!



Среди аляповатых магазинных вывесок со странными, дикими и необязательными названиями, намалеванных на фасадах домов Вишневой улицы, выстроенной декораторами «Мосфильма» летом 1983 года в пойме Сетуни для съемок картины «Мэри Поппинс, до свидания» - всевозможных John Long, Mc CAW, L. CAW, JOHN BRONS, P. Allen, J.B.ROCHE – внимание зрителей неизменно привлекает одна, выполненная подручными художника-постановщика Виктора Петрова (уже имевшего опыт конструирования «западной» натуры в кинокомиксе «Дорогой мальчик») с необычной для них аккуратностью и точностью в деталях.



93 PAXTON & WHITFIELD 93: именно такой щит украшает узкий – в три окна – трехэтажный дом номер 93 по Джермин-Стрит в лондонском Сент-Джеймсе с 1894 года, когда сюда переехала знаменитая сырная лавка (неизменный поставщик королевского двора), в годы Второй мировой войны переоборудованная в бакалею для снабжения местных жителей. Одним из таких жильцов, вселившимся в квартиру в доме 93 в ноябре 1942 года и прожившим в ней до апреля 1944 года под звон колоколов церкви Св. Якова в Полях и жужжание нацистских крылатых ракет (одна разорвалась совсем рядом – на углу Дюк- и Кинг-Стрит) был легендарный английский маг Алистер Кроули.



Квартира над сырной лавкой Paxton & Whitfield стала последним лондонским адресом пожилого Зверя 666 – Collapse )
barahlo

Мэри Поппинс, ты кто такой, давай, до свидания!



Начало - здесь

«Книжная» Мэри Поппинс приходит к читателю в трех ипостасях - как строгая воспитательница английской дисциплинарной традиции, как примордиальная Великая богиня и как Магический наставник и духовный учитель.

*


Мэри Поппинс высаживается на Вишневой улице посреди шторма и бури, стремительно, как отважный десантник (это разительно отличает ее от беспечно парящих на зонтиках над европейскими достопримечательностями праздных туристов с популярных на рубеже веков почтовых открыток), достает из бездонного солдатского вещмешка старую походную раскладушку, укладывается на нее, укрывается с головой и наполняет детскую комнату Бэнксов оглушительным храпом (в переводе Леонида Яхнина, к которому еще будет повод вернуться, названным «ровным дыханием») и запахами карболки и скипидара.
Collapse )
barahlo

Эй, Мэри Поппинс, ты кто такой, давай, до свидания!



Начало здесь, вторая часть здесь.

 «Если ты хочешь отыскать Вишневую улицу, просто-напросто спроси у полисмена на перекрестке, - советует П.Л. Трэверс, - А если ты ищешь Дом Номер Семнадцать — а скорее всего, так и будет, потому что ведь эта книжка как раз про этот дом, — ты его сразу найдёшь». Это, несомненно, совет из разряда «плохих». Во-первых, каждый советский и пост-советский читатель знает, что к милиционеру на улице нельзя не то что подходить с вопросами, но даже и встречаться с ним взглядом небезопасно. А во-вторых, на Вишневой улице, построенной для съемок фильма «Мэри Поппинс, до свидания», нет Дома Номер Семнадцать. Точнее говоря, на Вишневой улице вообще нет домов с номерами, кроме одного – той самой сырной лавки Paxton & Whitfield под номером 93.



Кинооператор Валентин Пиганов старается не упускать из объектива своей камеры номер 93: с него – прямо на титрах - начинается и им заканчивается фильм, и все сколько нибудь значимые события происходят на его фоне. Число 93 особенно дорого сердцу любого кроулианца, поскольку такова изопсефическая сумма для каждого из греческих слов θελημα и αγαπη (thelema и agape - Воля и Любовь), являющихся основными понятиями «Книги Закона». Алистер Кроули предписывал телемитам приветствовать друг друга, произнося слова Закона: «Твори свою Волю: таков да будет весь Закон» и «Любовь есть закон, любовь в согласии с Волей». Гематрическое родство Воли и Любви означает, что они определяют Закон одной идеей, и, следовательно, «93», как число этой идеи, может использоваться в качестве краткого приветствия.

Collapse )