moskovitza (moskovitza) wrote,
moskovitza
moskovitza

Categories:

Моя 10-ка лучших фильмов о дауншифтинге.

31,66 КБ
Сознательный отказ от успешной карьеры и избыточного потребления, освобождение от необходимости демонстрировать навязанные извне статус, уровень и стиль жизни испокон века были стержнем духовного развития русского общества. Но, кажется, прошли те времена, когда вся страна с замиранием сердца следила за скитаниями царя Александра I Благословенного, бежавшего от мира в обличье благочестивого старца Федора Кузьмича. Теперь вместо серьезного разговора о духовных практиках опрощения приходится довольствоваться историями о дауншифтерах – успешных менеджерах, покончивших с рабством на галерах и бичующих на французской Ривьере на своих 378-футовых яхтах или десантирующихся на золотых парашютах на бескрайние пляжи Гоа. Вот почему я – по совету вдумчивого ЖЖ-пользователя another-eov – решила составить свою 10-ку лучших фильмов о дауншифтинге:

1 Карьера Димы Горина

Фильм Фрунзе Довлатяна и Льва Мирского, вышедший на экраны страны 8 мая 1961 года, стал неувядающей классикой кино о дауншифтинге. Успешный банковский клерк Дима Горин (легендарный Александр “Шурик” Демьяненко) ведет унылую беспросветную жизнь метросексуала – днем виртуозно пересчитывает деньги в офисе одной из крупнейших кредитных организаций, а вечерами предается эротическим грезам над страницами глянцевых журналов. Но вот, чтобы исправить банковскую ошибку и спасти свою карьеру, Дима вынужден отправиться в командировку на далекую сибирскую стройку. Среди суровой природы (натурные съемки фильма проходили в Латвии), в окружении мужественных парней и прекрасных девушек-высотниц, банковский служащий понимает, что судьба дает ему шанс вырваться из леденящих объятий ростовщического капитала – и делает свой выбор. Любовь к бригадиру монтажниц Гале Березке (прелестная Татьяна Конюхова) и дух бригадного братства преображают Диму. Горину предстоит узнать, что мужской одеколон «Саша» не может победить живые феромоны рабочего общежития, а вибратор используется в фундаментных работах. Опростившийся банкир почувствует животную радость настоящей мужской драки (первая стычка героев Питта и Нортона покажется зрителю слабой тенью незабываемой потасовки двух кинодебютантов - Демьяненко и Высоцкого) и счастье от возможности справлять нужду "где хочешь"…

Ростовщики не сразу поняли, какую угрозу представляет для них эта, казалось бы, безобидная комедийная мелодрама. А когда поняли, было уже поздно – в стране начался настоящий бум дауншифтинга. Вышедшая спустя 20 лет картина Соломона Шустера «Сергей Иванович уходит на пенсию» показала, что ждало бы Диму Горина, упусти он свой шанс и останься служить Мамоне. «Всю жизнь я считал чужие деньги»,— комическим басом говорит зрителю Сергей Иванович (убедительно сыгранный отталкивающим Борисом Андреевым), укладывает в портфель тапочки, большую фарфоровую кружку, коробочку с лекарством, открепляет от стенки фотографии внучат, принимает от начальства сберкассы памятный подарок и уходит на пенсию…

2 Седьмое небо

Эту волнующую историю того, как попытка дауншифтинга оборачивается обычным мезальянсом, разыграла на Мосфильме в 1971 году самая красивая пара мирового кино - Алла Ларионова и Николай Рыбников - под диктовку знаменитого режиссера Эдуарда Никандровича Бочарова. Образованная эффектная москвичка Ксана Георгиевна (Ларионова в расцвете своей броской красоты) тяготится жизнью львицы столичных салонов и постыдной работой ученого-фармацевта. Случайное и странное знакомство с шахтопроходчиком Иваном Мазаевым (Рыбников на излете кинокарьеры, но все еще убедительный в привычном образе традиционного скинхеда) мятущаяся Ксана воспринимает как знак. И тогда приходит решение - порвать с московским интеллигентским болотом, швырнуть трудовую книжку в лицо воротилам фармакомафии и уехать за любимым в далекий шахтерский городок. Хватит ли у Ксаны Георгиевны сил, терпения и любви, чтобы выдержать тяготы жизни в глухой провинции с Иваном - стахановцем, общественником, членом народного суда, без остатка отдающим себя любимому делу? С помощью тонких режиссерских подсказок Бочарова зритель постепенно угадывает в героине Ларионовой не жену декабриста, а безответственную хиппушку, еще в студенческие времена путешествовавшую стопом по Прибалтике. Кажется, вот сейчас эта немолодая красавица в кримпленовом платье и фриковских очках заведет под шампанское свой бесконечный рассказ: «Бывало, застопишь «Колхиду» у Кохтла-Ярве…». Похоже, что спонтанный «дауншифтинг поневоле» обернется запоздалым протестом перезрелой красавицы против Большого Другого, очередным трипом, в конце которого – возвращение к привычному укладу жизни.

3 Стоянка поезда две минуты

Режиссерский дебют Александра Орлова и Марка Захарова (1972) получился громким – блестящее созвездие актеров, запоминающиеся песни Геннадия Гладкова в исполнении начинающей певицы Аллы Пугачевой, и – главное – популярная и модная тема: дауншифтинг. Молодой медик Игорь Павлович Максимов (невозможный красавец Олег Видов) приезжает на работу в поликлинику провинциального городка Нижние Волчки. Для начинающего невропатолога такое распределение – первый шаг к профессиональному дауншифтингу, счастливая возможность сделать этический выбор и избежать «успешной карьеры» в карательной психиатрии. Но избалованный столичными соблазнами Игорь еще не знает об этом – он откровенно тяготится провинциальной жизнью, скучает по московским чиксам, у него почти нет пациентов (не считая гротескных «мнимобольных» - блестящие роли легендарных Юрия Белова, Бориса Сичкина и Владимира Грамматикова), а репертуар местного клуба, возглавляемого колоритным Власом Петровичем (Юрий Саранцев) оставляет его равнодушным. Максимов уже решает было вернуться в столицу, но на его пути встает юная медсестра Алена (трепетная красавица Валентина Теличкина). И когда под влиянием захватившего молодых медработников чувства невропатолог меняет свое решение, зритель вздыхает с недоверчивой надеждой – а если так поступит каждый, может, и не будет больше расстрелов сульфазином в четыре точки… Впрочем, надеждам этим так и не суждено было оправдаться, а фильм лег на полку вскоре после появления на экранах.

4 Стоянка три часа.

Если столичному врачу Максимову на принятие судьбоносного решения понадобилось две минуты, то неторопливому прибалту Йонасу Будрису (породистый Лаймонас Норейка) режиссер Александр Светлов отвел на размышление три часа. Именно столько длилась стоянка белоснежного круизного теплохода в одном из волжских городов. Йонас, квалифицированный рабочий из благополучного Каунаса, сошел на берег, чтобы навестить своего фронтового друга Петра. Но, добравшись до пыльной Заовражной улицы и войдя в незапертую дверь дома № 16, Будрис узнал, что друг его умер, безутешная вдова попала в больницу, старший сын отбывает срок за воровство, а младший – Генка (озорной Алексей Горячев) - бросил школу после восьмого класса и оказался на опасном перепутье. И тогда Йонас решил прервать путешествие, забыть о родном Каунасе, взять на себя заботу о Генке и почувствовать на своей шкуре, что значит быть БоМЖиРом в традиционно голодном Поволжье. В середине 70-х годов (фильм вышел на экраны в 1975 году) продовольственный дефицит в Поволжье был повседневной реальностью (чтобы не оставить съемочную группу на диете из макарон с хмели-сунели, режиссер даже перенес натурные съемки в более благополучный Херсон). Будрис смог показать Генке, что такое – вести голодную жизнь по законам нравственности. Перед Генкой и благодарными зрителями предстает не бесящийся с жиру веган, а отчаянный дампстер-дайвер пустых помоек, мастер шит-глайдинга на сизой слизи райовощебаз, человек благородный и бесстрашный – чего стоит сцена, где Будрис ввязывается в драку с Генкиными дружками – Ершом и Серым (образы начинающих воришек создали Юрий Гусев и Георгий Шахет).

5 Срочный вызов

В 1978 году режиссер Геральд Бежанов, всегда тонко чувствовавший зрительский запрос (вспомним его блестящие эйрамджан-фильмы «Самая обаятельная и привлекательная» и «Где находится нофелет?»), снял отважный фильм о дауншифтинге в одной из самых криминализованных отраслей - индустрии нездоровья. Героем картины стал молодой сотрудник саранской клиники Сергей Петров (плотоядный Евгений Киндинов), ведущий «научную работу» под руководством ушлого завкафедрой Георгия Николаевича (фактурный Рамаз Чхиквадзе). Петрова неминуемо ждет «блестящая карьера» т.н. «светила медицины» - расчетливого аллопата, занимающегося рецептурной подработкой под видом «консультаций специалиста». Но вот однажды по срочному вызову Сергей оказывается в глухом мордовском селе Сидорки. Здесь он знакомится со старым сельским врачом Терентием Петровичем Жуковым (второй доктор в фильмографии Евгения Лебедева – после триумфальных «Приключений желтого чемоданчика»). Молодому прагматику Петрову не нравятся ни исповедуемые Жуковым принципы медицинской практики, ни приносимые ими результаты: Жуков лечит сельчан от неспособности быть здоровыми, нарушая основной принцип аллопатии: формировать устойчивую группу долгоживущих хронических больных, работающих на аптеку. Но тут Жуков неожиданно заболевает, Сергей остается в Сидорках, выхаживает больного, подбадриваемый недвусмысленными взглядами медсестры Жени (положительная Марина Дюжева), и понимает, что ощущение реальной нужности людям с их горестями и бедами поменяло его судьбу. И тогда Петров решает оставить «научную работу» и навсегда поселиться в мордовской глуши... Да, молодой герой Киндинова выбирает жизнь – вместо розничной торговли жизнью – и бросает такой отважный вызов медицинской мафии, что переполненный премьерный кинозал аплодировал создателям картины стоя.

6 Золотая осень

Медики, фармацевты, банкиры – люди сомнительных профессий, для которых дауншифтинг часто становится единственно возможным выходом из этической ловушки. Несомненно, к числу таких рискованных профессий относится и журналистика. Это хорошо понимал великий киргизский режиссер Толомуш Океев, взявшийся в 1979 году за постановку картины по сценарию Мара Байджиева «День золотой осени»... Сорокадвухлетний тележурналист Марат Эрматов (его с блеском сыграл знаменитый казахский актер Досхан Жолжаксынов), начитавшись поэта Евтушенко («когда мужчине сорок лет, ему пора держать ответ…»), взялся за подведение итогов своей жизни. Разумеется, благополучие Эрматова на поверку оказалось внешним, в своей профессии он просто по определению не мог сделать ничего существенного, балансируя между амплуа цепного пса усубалиевского режима и сливного бачка асанкуловских спецслужб. Для придания рассказываемой истории большей достоверности Океев мастерски вводит в картину квазидокументальные эпизоды: вот Марат берет интервью у известного на всю страну хирурга Мамбета Мамакеева, только что закончившего трудную операцию, вот он беседует с мудрым писателем-орденоносцем Тугельбаем Сыдыкбековым, автором многотомных эпопей о становлении киргизского колхозного крестьянства. Выбранная Маратом форма общения с реальностью не дает ему возможности понять те чувства, которыми живет простой человек, узнать, как он смотрит на окружающий мир, что думает о таких проблемах, как любовь, семья, честь, работа. И тогда Эрматов уезжает в родной аул, где, как он надеется, ему удастся сделать шаг к своему настоящему призванию и найти в себе человеческое… Нравственный монолог кающегося журналиста был замечен жюри XIV Всесоюзного кинофестиваля в Вильнюсе: Толомуш Океев получил Специальный приз за последовательную разработку современной темы. Услышали ли послание картины коллеги Марата Эрматова по профессии? Многие ли из них после этого фильма встали на трудный, но единственно возможный путь опрощения, или ограничились нелепым паясничанием в окошке фастфуда, как ровесник и коллега Марата Эрматова Лестер Бернэм – двадцать лет спустя?

7 Цветы луговые

Солнечный и теплый фильм, снятый Вадимом Лысенко по сценарию маститого Валентина Ежова в 1980 году, пожалуй, впервые показывает средствами игрового кино историю совсем еще юного дауншифтера. Кажется невероятным, что неоперившийся студент педагогического вуза Игорь (единственная работа в кино известного мультипликатора Валерия Пугашкина) самостоятельно решает бросить учебу и отправиться бродить по свету в поисках своего предназначения. Возможно, будущий преподаватель понял, что не сможет дать своим ученикам инструментария для полноценного анализа стремительно меняющейся жизни. Понял – и не захотел участвовать в спектакле квази-педагогики, подменяющей знания навыками. Случайно встретив на теплоходе молодую крестьянку Ксению Жаворонкову (кино-дебют милой Галины Мороз, рано закончившей карьеру и уехавшей в Америку), Игорь немедленно полюбил ее и отравился в ее родное село Лужки. Юный дауншифтер согласен на любое дело, чтобы быть рядом с любимой. Село может предложить ему только одну работу… «Главное в нашем деле - навоз!» - говорит дед Кузьмич (легендарный Борис Новиков, озвучивавший почтальона Печкина в другом суперизвестном дауншфтерском молодежном кино), вручая влюбленному Игорю вилы. И Игорь, сам того не замечая, подходит к пределу лишь недавно обретенной ленивой и бессодержательной свободы аристократа и начинает унизительную, мучительную и непродуктивную оседлую жизнь земледельца. Кажется, Игорь вполне счастлив, хотя все вокруг него подсказывает, что он запутался в бинарных оппозициях, не увидев подлинного - третьего - пути. Нарочито двоятся даже жители деревни Лужки – здесь есть Сашко черный и Сашко белый (Олег Исаев и Артур Богатов), Галя большая и Галя маленькая, (Любовь Руденко и Наталья Жогло). Но Игорь ничего не замечает, пашет землю, жрет до пуза и… поет. «Мужчина, ведь он как... если его хорошенечко покормить, он завсегда поет». И как поет! В фильме звучат потрясающие песни Александра Злотника на стихи Роберта Рождественского в исполнении вокально-инструментального ансамбля
Черновицкой филармонии «Живая вода» и немеркнущие украинские хиты, блестяще преподнесенные мега-популярным трио Мареничей. Что это – подлинный дауншифтинг или Игорь стал одним из тех, кого он отказался зомбировать – тех, кто ничего не знает, и, соответственно, ни на что не претендует?

8 Куда исчез Фоменко?

Для талантливого ленинградского театрального и кино-режиссера Вадима Гаузнера эта картина, поставленная на Ленфильме в 1981 году по мотивам пьесы Семена Злотникова «На четвертые сутки после исчезновения», стала последней. А в мировом кино – первой работой, в которой мотивы, движущие дауншифтером, показаны через его окружение Авиационный инженер Фоменко на экране практически не появляется – зритель узнает, что в один прекрасный день Фоменко, не сказав никому ни слова, не пришел ночевать домой, а потом не появился и на работе. Куда исчез Фоменко, а главное – почему? По ходу фильма зритель начинает получать ответ на второй – главный - вопрос. С помощью блестящего актерского ансамбля Гаузнер разворачивает такую убедительную картину генетического мусора, окружавшего Фоменко дома и на службе, что становится ясно - бегство от такой «реальности» является единственным спасением. Монструозные родственники – жуткая жена Алина (чудовищная Лия Ахеджакова), чудовищная мать Виктория (жуткая Евгения Ханаева), патологический тесть (отпугивающе убедительный Сергей Филиппов), безумная подруга Алины (кошмарная Елена Санаева) составляют ближний круг личного ада Фоменко. За дверями родного дома Фоменко поджидают парализованные тотальной невротизацией сослуживцы Паршин и Манечкин (как всегда безупречные Виктор Павлов и Ролан Быков), а «большой социум» дауншифтера представлен заблокированным майором милиции Мансуровым (аутентичный Армен Джигарханян). Жуткое в своей правдивости изображение мира – из которого только один путь – в горы, пасти лошадей… И когда майор Мансуров поднимает в воздух вертолет, чтобы начать преследование Фоменко, уходящего со своим табуном все дальше к обрывистым склонам Бабуган-яйлы, зритель вжимается в кресло в надежде, что его не найдут. "Товарищ Фоменко, остановитесь!” – ревет Мансуров в матюгальник. «Беги, Фоменко, беги!» – кричат миллионы благодарных киноманов.

9 Среди тысячи дорог

Выпускница журфака МГУ Вероника Веснина (юная Полина Медведева на пороге своей театральной славы), дочь известной столичной журналистки, решает пойти в жизни своим путем. Но какой путь может избрать потомственный ретранслятор дезинформационного шума? Пытливая Вероника пытается снять профессиональные блокировки и найти свою дорогу среди тысячи, но самое большее, на что ее хватает – это уехать в пыльный южный городок и начать работать на местном радио. Здесь, в провинции у моря, Вера надеется реализовать высокие идеалы журналистики, но вербальные коды, умело наведенные опытным Засурским, входят в противоречие с целями, преследуемыми радиостанцией и ее циничной верхушкой (блестящие работы Семена Самодура (директор) и Всеволода Шиловского (редактор)). Вероника хватается за соломинку – прибивается к более опытному коллеге Сергею (пластичный Юрий Васильев, прима московского Театра сатиры), который, как ей кажется, поможет победить психические вирусы, полученные в ходе учебы. Увы, режиссер Вадим Зобин, поставивший этот дауншифтер-триллер на Одесской киностудии в 1983 году по сценарию Израила Кацева, слишком хорошо понимает: поиски Человека в журналистской среде заведомо обречены. Свое истинное лицо Сергей покажет очень скоро, предложив Веронике сделку: она выйдет за него замуж и тем самым поможет ему получить назначение в заветную загранкомандировку, а он вытащит ее из профессионального болота и личного безумия. И тогда перед Вероникой встанет реальность последнего выбора…

10 Рябиновые ночи

Режиссер этой картины Виктор Мамаев навсегда вписал свое имя в историю - в 1980 году он стал сорежиссером ХХII Олимпийских игр в Москве и запустил в небо Олимпийского Мишку. Но Мамаев не стал почивать на лаврах – он уехал в Свердловск и стал снимать игровое кино под псевдонимом Виктор Кобзев. «Рябиновые ночи» (1984) стали дебютом Кобзева-Мамаева и одним из самых глубоких исследований гендерных стратегий в дауншифтинге… Недалекий Санёк Баранов (Евгений Леонов-Гладышев в очередной раз играет самого себя) приехал как-то в деревню Мартьямово навестить армейского дружка, полюбил местную девчонку Танюшку (положительная Елена Кузнецова) и остался на селе. Когда спустя годы деревню официально объявили неперспективной, Санёк обрадовался и стал мечтать о возвращении в город. Если для Санька навязанная извне и заведомо дезориентирующая смена цели враз обесценила прошлое дауншифтерство и обернулась тяжелым неврозом (герой Леонова-Гладышева бегает с канистрой бензина, причитая «Спалю деревню, если не уедем»), то Татьяна продолжает с ледяным спокойствием поддерживать статус-кво. «На мне деревня теперь держится», - говорит она в пустоту строгим голосом, заводя трактор. Татьяна, не мыслящая существования вне родного села, остается фактически одна – не считая пары выживших из ума стариков - Степана Андреевича и Марьи Яковлевны (запоминающиеся роли маститых Льва Борисова и Майи Булгаковой). Кобзев-Мамаев убедительно показывает, что в основе мужского дауншифтинга лежит лабильность, а в основе женского – осознанная стратегия пассивного выживания. Гендерный подтекст «Рябиновых ночей» был слишком явным – может быть, именно поэтому в прокат вышло лишь 14 копий талантливой картины.

Такова моя 10-ка лучших фильмов о дауншифтинге. А какие фильмы о дауншифтерах нравятся вам? Было бы интересно узнать.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 136 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →