moskovitza (moskovitza) wrote,
moskovitza
moskovitza

Category:

Twilight in the Underworld: с «Ночи Председателя» до «Юркиных рассветов» - 14.



Предыдущий выпуск здесь


Колхозный Готик-Панк: Тайна Духа.

Колхозный Готик-Панк - универсальный кроссовер всех персонажных линеек Мира Тьмы, объединенный доминирующей темой "темной тайны" (dark mystery), средоточием которой может стать любой из героев колхозной вселенной - готичный партийный вампир или бесшабашный председатель-панк, безжалостный дампир или бестелесный гайст. Мир тьмы полон страшных тайн, но главная тайна - внутри героя, и это не тайна Крови, на которой делался акцент в линейках Готики и Панка, а тайна непознаваемого мира Духа. Готик-Панк высоко котируется у продвинутых игроков Мира тьмы не только из-за уникальной криповой атмосферы и неоднозначности сюжетных ходов, но, в первую очередь, благодаря неясной природе трудно прокачиваемых персонажей (часто относимых ньюшками к категории НЁХ) - заговорщиков-Каинитов, прозревших в себе частицу Духа и исполнившихся решимости вырваться из созданной злым демиургом сельскохозяйственной темницы и вернуть Мир к его изначальной доаграрной природе.




«Родные по Крови - это еще не родные по Духу», - комментирует Галина (Евгения Уралова в готик-панковском сериале легендарных мастеров Мира Dовженко Николая Ильинского и Виктора Богатырева «Родные») противоборство своего мужа - готичного председателя колхоза «Большевик» Павла Тарасова (Виталий Шаповалов), мучительно переживающего тотальную Нехватку, со старшим братом Алексеем (Всеволод Платов) - осевшим в городе начальником райсельхозуправления, панковским начетчиком и очковтирателем. «Вот братья - одна кровь, а как будто совсем чужие люди!», - удивляется молодая сельская библиотекарша Лида (Наталья Егорова в готик-панковском корбуке «Ночь председателя», поставленном по сценарию Иосифа и Виктора Ольшанских Львом Мирским), ставшая свидетелем конфликта бессменного председателя колхоза, панка-самодура Павла Сухорукова (Михаил Глузский) с демоническим старшим братом Петром (Петр Чернов), давно перебравшимся в город.

В эпизоде «Земля» из Куркульской линейки "Хроник Тьмы", снятом Амвросием Бучмой и Лесем Швачко по одноименной повести Ольги Кобылянской, праздный охотник Савва (Павел Грубник), младший сын зажиточного буковинского крестьянина, убивает своего старшего брата, работящего Михайлу (Сергей Фещенко) в споре за родительское наследство.«На этом месте брат убил брата, воду для поля не поделили», - рассказывает Володя, ревнивый ученик безумного академика-селекционера Таланова из фильма мирдовженковца Василия Ильяшенко «Красное поле», о происхождении странного хачкара  на «родине пшеницы - Армении».

Снова и снова создатели Мира тьмы дают игрокам понять, что «все люди братья, но не все братья - люди», но никто не говорит о "темной тайне" Колхозного Готик-Панка с такой прямотой, как загадочный суфий «Таджикфильма» - режиссер Бако Садыков, открыто вводящий в повествование тему Каинитов в двухсерийном эпизоде «Время зимних туманов».


Сородичи Востока: Путь Дервиша.

... Вернувшись в родной высокогорный аул после службы в десантных войсках, гвардии сержант Нурали Раджабов узнает, что его жена Барфина год назад ушла от него к директору животноводческого совхоза Умару Наимову, и активно включается в сельскую жизнь. Экранизация изданной в 1976 году повести участника 6-ого Всесоюзного совещания молодых писателей Саттора Турсуна «Лук Рустама» могла бы стать очередным проходным эпизодом Призрачной линейки Мира тьмы про Ревенанта-дембеля,  если бы в 1982 году за нее не взялся  Садыков - один из столпов среднеазиатского артхауса, близко знакомый с Гулрухсор Сафиевой, «выведшей Хайяма из кабака в куништ», и Лоиком Шерали, вдохнувшим новую жизнь в традиционную форму газелей, рубаи и дубайти.



«Продовольственная программа решается сейчас и здесь, а не в вашем кабинете!» - в отчаянии пытается докричаться по телефону до партийно-хозяйственной Неписи директор совхоза (лиричный Теша Муминов), но проблема Нехватки шифера и толя для зимних кошар, кажется, вовсе не занимает устроившегося совхозным шофером Нура (мужественный Байрам Дурдыев). Странный дембель неделями бродит по живописному урочищу Чилдухтарон, пытаясь набраться мудрости у дервиша-пастуха Сайдо (убедительный Абдугафор Каримов), бьющего в звонкий таблак и строящего из подручных материалов гигантский Звуковой маяк. «Равновесие!» - так объясняет Сайдо принцип устройства этого сложного кинетического объекта (художник Владимир Салимов прямо отсылает зрителя к конструкциям Жана Тэнгли). Суфий познает свою Волю по мере обретения равновесия – внутреннего (равновесие состояний) и внешнего (равновесие обстоятельств).



Бако Садыкову важно показать, что суфийская реализация и трансмутация сознания могут стать результатом мистического опыта, полученного здесь и сейчас - в повседневности колхозной деревни. Вот почему другой бродячий проповедник - механик передвижной кинобудки Кудрат (запоминающийся Джамал Садриддинов) со словами: «Сегодня вы увидите самый замечательный, самый известный фильм про Ходжу Насреддина!» зазывает ребятишек не на культовые «Похождения Насреддина» по сценарию Витковича и Соловьева, а на фильм Климентия Минца «12 могил Насреддина»  - единственную экранизацию «Тонкостей несравненного Насреддина», действие которой не привязано к сконструированному схоластами квази-историческому жизнеописанию муллы, а разворачивается прямо в Мире колхозной тьмы.



В «12 могилах» панковский председатель колхоза, принявший Насреддина за представителя народного контроля, пытается ублажить лже-ревизора, скрывая истинное положение дел. Другой колхозный раис, заточенный вместе с Насреддином в палате N 6 психиатрической больницы, выдает себя за султана турецкого, рапортует о сдаче государству рекордного урожая хлопка и произносит пафосную речь о превращении пустыни Кара-кум в цветущий огород. Безумный мир колхозной тьмы - это чудовищная иллюзия, небытие сумасшедшего дома, вырваться из которого по силам лишь идущему гностическим путем маламати. Климентий Минц очевидным образом полемизирует со сценаристом трех фильмов о мастере Насреддине, влиятельным интерпретатором суфизма Виктором Витковичем, потомком первого посла петербургского двора в Афганистане Яна Виткевича, знаменитого тройного агента в центральноазиатской Большой игре. Помимо личной неприязни (Минц уступил Витковичу своего соавтора обэриутских времен Григория Ягдфельда) двух авторов разделяет трактовка Тариката: по Витковичу суфий следует мистической доктрине, по Минцу дервиш проделывает мистический путь. Высмеивая бесплодные поиски места захоронения Ходжи («Какая польза людям от ваших споров?» - спрашивает Насреддин, узнав, что на раскопках в Пенджикенте ученые нашли уже тринадцатую его могилу), Минц намекает на широко известную одержимость своего удачливого соперника прахом Биби-Ханым, старшей жены Тимура (Витковичем оставлены сладострастные описания останков Мульк-ханым: «Хорошо сохранившийся костяк маленькой женщины; части одежды, кусочек бархатного женского наряда, местами на лице кожа, ногти на руках, и волосы… прядь седых волос!»).



Чтобы помочь широкому зрителю сориентироваться на этом пути, изобилующем экзотическими персонажами - свирепым каландаром Джамолом, братом директора совхоза (Талгат Нигматулин, во время съемок уже вступивший на свой смертельный «четвертый путь» под руководством Абая Борубаева), златовлаской Михри, потомком белокожих арийцев Памира и Гиндукуша – калашей, ягнобцев и язгулямцев (загадочная красавица Адолат Зухурова), развлекающим детвору масхарбозом (в исполнении знаменитого аниматора Мунавара Мансурходжаева) - несостоявшийся режиссер и опытный сценарист Валентин Максименков протягивает нить от шедшего Путем Розы мастера озарения, суфийского учителя Шихабуддина ибн Хабаша Сухраварди к европейскому наследнику Даров глубокого знания  - розенкрейцеру (последователю Пути Розы и Креста) Виктору Гюго.


Каиниты.



Взяв в руки потрепанный томик «Собора Парижской богоматери» 1955 года издания, Нур Раджабов вспоминает, как в школьной театральной постановке он играл настоятеля собора -  архидьякона Клода Фролло. В пугающем флэшбеке звучит его внутренний диалог: «Каин! Что сделал ты с братом своим? – Что сделал я с ним, Господи? Я призрел его, я вырастил его, вскормил, я любил его, боготворил, и я его убил!». Выбор Садыковым и Максименковым именно этой сцены из романа великого магистра Приората Сиона, написавшего: «Есть нечто более ужасное, чем убийство Авеля Каином», разумеется, не случаен. Рептилоидная космогония Мира тьмы с ее трагической предопределенностью дополняется в Колхозном Готик-Панке каинитской космологией, дающей игрокам уникальную возможность обнаружить спящую в плоти персонажей Пневму, высечь при помощи мнемонических игротехнических практик искру Духа, и совершить Восхождение из темных покровов колхозной тьмы к изначальной (доаграрной) полноте и целостности - Плероме.

Авель - рожденный из плоти сын Адама и Евы - стaл первым убийцей нa Земле, принесшим труп агнца в жертву Господу этого мира, испытывающему наслаждение от крови невинной божьей твaри. Каин - рожденный из плоти и Духа сын Евы, оплодотворенной дыханием Люцифера - бросил в лицо злому Демиургу горсть навязанных "зерновым выбором" семян, освободив себя раз и навсегда от низшего Бога и его нечистого и ошибочного создания. История сводных братьев Каина и Авеля - носителей духовной и животной природы - переосмысляется разработчиками Мира тьмы как преодоление навязанного человечеству выбора между двумя типами агрокультуры - оседлым растениеводством и кочевым (пастбищным) животноводством. Ложная рептилоидная дихотомия повергается светом Гнозиса: Каин, проклятый злым творцом Елдабаофом, обретает подлинную свободу от призраков Пространства и Времени в вечном Изгнании и вечном Бодрствовании.  Знак Каина пересекает одновременно и рифленую землю оседлого пространства и номадическую почву гладкого пространства, не останавливаясь ни на том, ни на другом: это бродячий знак странствия вольного охотника, не привязанного ни к аграрному (лунному) времени хлеборобов, ни к циклическому времени пастухов, и ведомого исключительно Божественной искрой ангела света внутри него.



Поиск искры Духа, из которой может разгореться воспоминание об истине, дарящее прозрение и шанс на спасение из узилища колхозной тьмы - главный квест персонажей Готик-Панка.  «Я не могу закопать в землю свой талант, Я Гомо, Гомо!» – восклицает Терентий Власенко (Николай Гриценко в опередившем свое время фильме Исаака Шмарука и Виктора Ивченко «Судьба Марины» по сценарию Лидии Компаниец), ненадолго вернувшийся в село Лебединки после учебы в столице и с ужасом понявший, что его ничто больше не связывает с женой Мариной, озабоченной лишь увеличением сахаристости свеклы, и их слабоумной дочерью Галинкой. «Тарас Васильевич, что такое Гомо?» - спрашивает затваренная Марина (Екатерина Литвиненко) у парторга колхоза «Перемога» и, услышав в ответ: «Гомо - это по-латыни человек», заходится в рыданиях.



Найти в себе человеческую каинитскую искру отчаянно пытается и звеньевая механизаторов Мария (икона Мира Dовженко Светлана Тормахова в фильме Владимира Шмакова «Дожди по всей территории» по сценарию Елены Зыковой). «Я хочу знать, кто я! Я спрашиваю: кто я?!» - кричит в лицо председателю колхоза Семену Михайловичу (Афанасий Тришкин) бескомпромиссная молодая трактористка, пробудившаяся после магического обряда, проведенного ее сестрой, деревенской колдуньей Светой, и понявшая, что «трудиться от зари до зари на своей железяке» - это сделанный кем-то за нее "выбор".


Mage: The Ascension

Один из двух основных постулатов Готик-Панка состоит в том, что в Мире колхозной тьмы есть люди (и не важно, кто они - "простые" трактористы, выученные агрономы, маститые ученые-селекционеры, председатели, колхозные парторги или секретари райкомов), способные пробудиться от сна, разорвать покрывало Майи (Tapestry, или Колхозную Портянку), и изменить реальность в соответствии со своей истинной волей при помощи особых магических практик. Маги Восхождения, вслед за Каином, отрицают несправедливые и абсурдные заповеди Чуждого бога-творца («Нет никакого закона и никакого судьи»), повязавшего кровавой жертвой Авеля. Колхозной магии Крови (сексуальной магии) они противопоставляют зов Духа и магическое Ведовство - знание имен и заклинаний для победы над миром демонов и начальствующих духов (архонтов).
«На нас напало злое племя», - прямым текстом раскрывает суть последней битвы Магов Восхождения с аграрными рептилоидами Первый секретарь райкома Василий Васильевич (Владимир Меньшов в фильме Виктора Трегубовича «Вот моя деревня...» по мотивам очерков Анатолия Зябрева) усталому председателю загибающегося сибирского колхоза  «За коммунизм» Павлу Петровичу Зузенку (Алексей Булдаков), пришедшему в райком пожаловаться на затваривание последних колхозников из деревни Кудринка, не успевших сбежать в соседний городок на строительство бетонного завода: «Некого посадить на перегрузку посевного зерна, потому что оно протравлено, и организм должен быть здоровый и сильный, чтобы на него ртутные пары не повлияли. А где я возьму этот организм?».


Пасхалки Готик-Панка.



Фильм ветерана Мира тьмы Трегубовича не случайно имеет то же название, что и дампирский сериал по сценарию автора «Маскировки» Юза Алешковского, а диалог секретаря райкома и Председателя Зузенка («А рыба есть у вас?» - «Извели») прямо отсылает к сцене рыбалки Маркса-Энгельса-Ленина из этого важного для разработчиков колхозной вселенной текста. Такие "пасхалки" - отличительная черта Готик-Панка, синтезирующего все персонажные линейки, художественные приемы, актерские образы и сюжетные тропы Мира тьмы.

Мирдовженковцы Борис Ивченко и Владимир Зима, назвавшие свой готик-панк о непростых заботах второго секретаря райкома «Два дня в начале декабря», вводят таким образом в повествование тему Оборотней: у южных и западных славян декабрь традиционно считается волчьим месяцем (влченец, welcze meszactzwo, vlčí měsíc) - периодом разгула волков и нечистой силы. Название мини-сериала «Возвращение» - последней совместной работы Анатолия Буковского и Виктора Богатырева - отсылает геймеров к эпизодам Призрачной линейки. Не случайно и приглашение опытного Юрия Назарова на роль Сергея Сорокина, приезжающего в родное село с намерением продать отцовский дом и принимающего трудное решение остаться работать в совхозе и навсегда вернуться к родной земле: за 20 лет до «Возвращения» молодой Назаров сыграл в фильме мирдовженковцев Роллана Сергиенко и Александра Сизоненко «Белые тучи» горожанина Юрко, возвращающегося в родное украинское село Баштанка к смертельно больному отцу Сашко.



Королевы Колхозной Готики задействованы в знаковых ролях Матерей тьмы в готик-панковских эпизодах по сценариям Виктора Богатырева: Вера Кузнецова сыграла мать председателя Шаповалова в «Родных» Николая Ильинского, а Елена Максимова - мать инструктора райкома Лященко в фильме Литуса и Резниковича «Всего три недели...» В сериале Василия Ильяшенко «Войди в каждый дом» знатная доярка Авдотья Никифоровна Гнеушева (Клара Лучко) смотрит по телевизору фрагмент фильма «Кубанские казаки» с выступлением колхозной звеньевой Дарьи Никаноровны Шелест (Клара Лучко).



Сцена из «Варькиной земли» - первой совместной работы мирдовженковцев Анатолия Буковского и Виктора Богатырева, в которой назначенная колхозным водовозом 18-летняя Варька Кравец (35-летняя жена режиссера Нина Антонова) ловко управляется с воловьей упряжкой, визуально цитирует эпизод из первого блокбастера Колхозного Панка «Щедрое лето» с участием юной телятницы Веры Горошко (Нина Архипова).



В фильме Анатолия Буковского «Визит в Ковалевку» по сценарию Виктора Говяды и Владимира Федорова иронически обыгрывается и преломляется через сифианский гнозис сюжетный ход из линейки Подменышей: саратовский писатель Александр Стрельников с женой Ириной (Владимир Трошин и жена режиссера Нина Антонова) приезжает в украинское село к председателю колхоза Любомиру Козачине (Виктор Мирошниченко) и выясняет, что Козачина - вовсе не тот однополчанин, которому он спас жизнь на поле боя. В итоге спаситель сам нуждается в спасении, так как становится жертвой Мира тьмы, в который он пришел.



Гротескная зарисовка визита делегации американских фермеров в колхоз «Большевик», возглавляемый председателем Тарасовым (Виталий Шаповалов) в «Родных» Ильинского и Богатырева остроумно пародирует вышедшее на экраны парой лет раньше мокьюментари «Американский фермер в СССР», герой которой - американский бизнесмен, фермер из штата Вашингтон Дан Макберрон мотался по всей стране в поисках секрета успехов колхозного строя под присмотром сценариста Алексея Степунина и режиссера-оператора Александра Киселева, известного по участию в скандальном шмокьюментари «Тайное и явное: цели и деяния сионистов». С трудом отчитавшись перед зарубежными гостями о доходах колхоза и зарплате работников, усталый Тарасов объясняет председателю райисполкома Рязанцевой (Маргарита Криницына) причины столь странного интереса: «У них все устроено по такому принципу: не рассчитаешь - вылетишь в трубу к чертовой бабушке. Я прошлой осенью во Франции насмотрелся».


Заговор Каинитов: Темная Тайна.



"Пасхальная" отсылка к «Маскировке» у Трегубовича и Зябрева имеет вполне прикладной характер. Каинитам, свившим гнездо заговора прямо в клане Красной нежити, приходится одновременно участвовать в партийно-рептилоидных маскировочных мероприятиях и тщательно скрывать свои подлинные намерения от псевдо-соратников по Камарилье. Второй постулат Готик-Панка состоит в том, что полем Последней битвы станет невидимая и непреодолимая пропасть между двумя породами "человеческих существ" - Каинитами, которые могут пробудить в себе искру Духа, и звероподобными креатурами рептилоидов - авелитами, изначально ее лишенными. В блестящей гностической притче  «Персональное дело», поставленной Геннадием Павловым в 1975 году по дебютной пьесе секретаря комсомольской организации Литинститута Виктора Суглобова «Персональное дело Олега Егорова», начинающий Маг Восхождения, член Бюро сельского райкома комсомола Александр Колчин (Алексей Инжеватов) говорит о местных селюках буквально следующее: «Я их ненавижу, я рассудок теряю, когда вижу их поганые наглые рожи. Вот мы говорим: воспитывать их надо, не родились же они такими. А я думаю - родились, вон как рождаются уроды. И будь моя воля, я бы их отлавливал как диких зверей, помещал в специальные резервации, и пусть они там...»



В готик-панковском фильме-спектакле Виктора Рыжкова и Надежды Марусаловой «Вызов» по сценарию Ивана Винниченко, вышедшем на телевизионные экраны меньше чем через год после шедевра колхозной сексуальной магии «Сын председателя», зоотехник Юрий Берест (Сергей Приселков), сын вышедшего на пенсию панковского председателя колхоза «Вызов» Ивана Тарасовича Береста (Виктор Хохряков), напрасно требует от партийного начальства, чтобы его назначили на смену отцу: «Я ведь Берест, понимаете, Берест, у меня задатки руководителя в генах уже заложены». Но магия Крови не действует на секретаря парткома Анатолия, который побеждает своего соперника при помощи заученных заклинаний из партийно-хозяйственных гримуаров и связки тайных имен: «Ты слишком много берешь на себя. Сейчас от нас требуется максимальная специализация, концентрация и межхозяйственная кооперация. В каждом нынешнем современном председателе колхоза должен сидеть не только Чапаев и Мичурин, но и Фурманов и Макаренко». Столь же решительно парторг колхоза «Коммунар» Иван Кривохиж (Виктор Мирошниченко в фильме Михаила Терещенко «Право руководить»  по сценарию Василия Решетникова) отвергает кровные претензии заведующей фермой Татьяны (Людмила Никончук) на кресло Председателя, оставленное ее отцом - панковским ветераном Андреем Солодуном (Виктор Чутак): «Она выросла от доброго рода, впитала в себя лучшие черты своего отца, но ведь деловые и морально-политические качества по наследству не передаются». Сторителлер в фильме Ольгерта Дункерса «Цыплят по осени считают» по сценарию Андрея Дрипе откровенно смеется за кадром над попытками тракториста колхоза «Прогресс» Якоба Майзитиса вырастить из своего сына Виктора (Николай Юревиц) агро-дампира, отправив его учиться в Яунпилское ПТУ сельских механизаторов: «Любовь к технике: современная генетика ее пока не расшифровала как признак наследственности, но мы с вами можем смело утверждать, что у нашего героя, будущего потомственного механизатора, техника в крови».




Претензии лысенковских сельхозмагов на выведение (репрессивное "воспитание" голодом и холодом) новых устойчивых видов колхозанов - будь то молодой колхозник-камазотц, сторожевой колхозник-патриот или юный агро-дампир - столь же несостоятельны, как бесплодные усилия ученых-селекционеров по выведению новых видов сельскохозяйственных культур. Подлинное видообразование не под силу селекционной науке, добровольно закрывшей глаза на природное изобилие видов, которым до аграрного палеоконтакта свободно пользовались праздные собиратели - носители присваивающего менталитета.

Безумный селекционер, потративший всю свою никчемную жизнь на улучшение "спущенного сверху" ограниченного количества сортов и пород и впадающий в отчаяние на пороге смерти, как мирдовженковский Степан Тимофеевич Таланов из «Красного поля» - популярный персонаж линейки колхозного Готик-Панка. «Не разгадал я тайну зерна, а годов мало осталось», - кряхтит академик-селекционер Иван Павлович Луговенко (Владимир Седов в фильме Анатолия Чемодурова и Владимира Досталя «Здесь, на моей земле» по сценарию Бориса Привалова), всю жизнь пытавшийся вывести из трех заветных зернышек, которыми его отец разжился в Мессопотамии - эпицентре аграрного палеоконтакта - во время Персидской компании, высокоурожайный сорт пшеницы «Алмаз», под контрольный обмолот которой энергичный секретарь обкома Назаров (Вячеслав Говалло) выделил лучшие земли совхоза имени Ленина. Безумному селекционеру Андрею Трояну (Богдан Ступка) в фильме влиятельного мирдовженковца Василия Ильяшенко «Среди лета» по сценарию, написанному им совместно с Юрием Пархоменко) повезло меньше: выведенный им новый сорт пшеницы, названный  в честь возлюбленной - сельской учительницы Марии (Земфира Цахилова), коварный соперник ученого - недоучившийся агроном Владимир Рубан (монструозный Константин Степанков - "довженковский Бела Лугоши"), ставший директором совхоза, распоряжается посеять в местах, заведомо непригодных для выращивания. Другой пугающий персонаж Константина Степанкова - циничный завистливый ученый Дьяченко из фильма мирдовженковского суперинтеллектуала Владимира Денисенко «Тяжелый колос» по сценарию, написанному им при участии главного редактора студии Довженко Василя Земляка, войдя в сговор с директором научно-испытательской станции Тимофеем Хижняком (Алексей Сапсай), ставит палки в колеса своему сопернику в борьбе за сердце лаборантки Даши (Ада Роговцева) - выведшему высокоурожайный сорт пшеницы талантливому ученому-селекционеру Павлу Заречному (Лаймонас Норейка).



Герои дилогии знаменитого узбекского режиссера Гияса Шермухамедова - молодые ученые-селекционеры вступают в конфликт со своими косными и консервативными начальниками - дельцами от науки.  Выпускник сельхозинститута Умид Рустамов (красавец Исамат Эргашев в фильме «Преодолей себя» по мотивам романа Мирмухсина «Умид»), сделавший быструю карьеру в лаборатории селекции хлопчатника под началом своего тестя - профессора Салимхана Абиди (пугающий Алим Ходжаев), убедившись в низкой созреваемости и неустойчивости к вилту выведенного свом учителем сорта, поддерживает разработку конкурентов из колхоза «Восход» - хлопок «Мутант». Молодой ученый-селекционер Азиз Касымов (Шавкат Газиев  в фильме "Наедине» по мотивам романа Уктама Усманова «Водоворот»), сделавший быструю карьеру в лаборатории селекции хлопчатника под началом академика Джаббарова (пугающий Ато Мухамеджанов), убедившись в  бесперспективности своей работы, уезжает в Анголу, чтобы передать опыт "хлопкового проклятия" местным товарищам, а затем возвращается в родной колхоз, чтобы помочь председателю Азимову (Хамза Умаров) вывести новый сорт хлопка.



Любовь селекционеров-генетиков Авдотьи Белобородовой и Сергея Шамрая ("львовская Сара Бернар" Зинаида Дехтярева и Иван Дмитриев в фильме «Авдотья Павловна», поставленном  Александром Муратовым по сценарию, написанному совместно с отцом, писателем Игорем Муратовым), искренне пытавшихся вывести высокопродуктивные пшеничные амфидиплоиды, не выдерживает столкновения с мичуринско-лысенковской практической магией («Мне только вейсманизма-морганизма в моем районе не хватало», - хватается за голову Секретарь райкома, узнав о сомнительных генетических экспериментах на степной селекционной станции). Профессор Шамрай встает под партийные знамена репрессивного растениеводства, а сосланная за «антинаучные искривления» в колхоз «Комсомолец» рядовым агрономом Белобородова тайно продолжает работу над выведением многохромосомной пшеницы под прикрытием «школьного биологического кружка».


В пятнадцатом выпуске Краткого путеводителя по Миру колхозной тьмы: Агро-дампиры  -  Магия Готик-Панка  -  Битва магов: Секретари райкома.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments